Социализм и Национализм: Два крыла одной птицы

Украинский Фундаментализм

К предыдущему разделу: «Коллективный», и просто украинец

Национальная и социалистическая идеи – это колоссальные силы, даже сами по себе. Соединение же их, приводит к образованию просто-таки гремучей смеси. В Украине, национальная идея, до последнего времени, никогда не отделялась от идеи социальной справедливости. От гайдамацких восстаний, до УНР, Директории и даже, в какой-то мере и ОУН. Практически, эти идеи невозможно было разделить. Быть может, именно в этом тайна нашей силы? Быть может потому и гибнет Украина, что украинская идея разорвана на части, поделена на «лево» и «право»?

Украинская идея – птица с обращенной к Богу душой и двумя крыльями – социальным и национальным. Птица не может лететь с одним крылом. Но и крыло претендующее быть всей птицей - тоже что-то неестественное.

То, что сегодня предлагают нам под видом социализма и национал-патриотизма – не более чем суррогат, грубая подделка. Да в Украине и не существует в чистом виде ни того, ни другого. Это лишь две поверхности одной медали – украинской идеи как таковой.

Идея социализма, неизбежно предусматривает наличие собственно социума (общества). Общество, грубо говоря, это совокупность людей имеющих нечто общее. Но что есть это общее? Марксисты определяли общность по классовому признаку. На определенном этапе, этот признак представлялся доминирующим и соответственно, доминирующим был и марксизм, как разновидность социализма. Классовая общность отвергала национальный признак. Однако уже первая мировая война и крах 2-го Интернационала показали, что когда национальные и классовые интересы входят в открытое противоречие, последние не имеют шансов.

Деление на классы вообще уходит в прошлое. Уже при СССР были стерты материальные и образовательные грани между социальными группами. Все общество стало одним средним классом, над которым была тонкая прослойка элиты (причем, элитарность нельзя было передать по наследству), а под ним – незначительная группа люмпенов. В результате либеральной революции, бывший средний класс постепенно перетекает в люмпены. Бесклассовость просто превращается в деклассированность. И классовой борьбы как не было, так и нет, хотя, вроде бы, и эксплуататоры появились.

Те редкие выступления шахтеров и бюджетников, которые все же имеют место, направлены не против бизнесменов, а против безответственной государственной власти. Лидер российских коммунистов Г. Зюганов отмечает: «…главное противоречие сегодня состоит не в противоречии между основными классами и социальными слоями, а в антагонизме между правящим режимом и остальным населением». Продавшаяся интересам Запада власть, одинаково не приемлема ни рабочему, ни предпринимателю, вкладывающему деньги в национальное производство. Власть стала обоюдоострой. Одинаково опасной и для бедных, и для богатых.

Классовое общество ушло в прошлое. А значит, перестало существовать само основание марксизма. Догматичный советский социализм не смог перестроиться. Его идеология обращалась к никому. И сам он теперь уходит в никуда.

Социалистической идее необходимо общество, которое может стать ее носителем. С другой стороны, стремительно деградирующему национальному обществу необходима идея, способная остановить его разрушение. Такой идеей может стать только то, что уже является традицией. Национал-патриоты должны смириться с тем, что нравится им это или нет, а социализм является одной из наших традиций. Прошлое нельзя любить избирательно. Уважать одних предков и ненавидеть других.

Социальная справедливость является ключевым моментом. Процветающая Украина не возможна без экономической стабильности, которая, в свою очередь, не возможна без стабильности политической, для чего необходимо гражданское согласие в обществе по основным фундаментальным ценностям. Но согласие без социальной справедливости не возможно. Существует последовательность: социальная справедливость – гражданское согласие – политическая стабильность – экономическая стабильность. Танцевать надо от печки.

Инициатива должна прийти слева. Левые имеют большее влияние в массах, но и их ответственность перед этими массами должна быть соответствующей. Это ответственность перед народом, а не перед существующим лишь в их воображении классом.

Главная беда украинских коммунистов в том, что они так и не осознали себя как национальная партия. Не поняли то, что стало очевидно еще со времен краха 2-го Интернационала: порочность марксистского тезиса, будто «пролетарии не имеют отечества». Имеют. Человек может поменять профессию, политические убеждения, религию и даже пол, но он никогда не изменит своей национальности.

Время не стоит на месте. Строить, как ни в чем не бывало, современный социализм по догмам написанного 150 лет назад Манифеста, значит расписаться в политической импотенции. Показательно, что нет ни одного капитального труда написанного лидерами левых. Все уже видимо, написано Марксом. Конечно, гораздо проще смотреть на мир через пенсне Энгельса, чем что-то создавать самостоятельно. Пламенные брежневцы ничего не забыли, и ничему не научились.

Хотя учиться есть у кого. Например, у «братской» компартии России. Украинские коммунисты видят в основе всего «классовую борьбу и ее кульминации в виде революций». А вот цитата не кого-нибудь, а лидера КПРФ Генна-дия Зюганова: «Новые коммунисты… отвергли экстремистские тезисы о классовой борьбе, грозившие «народному телу» расколами и внутренними конфликтами, был сделан решающий шаг на пути идеологического оздоровления. Другим шагом стал возврат к исконным национальным ценностям». Отказ от классовой борьбы означает отказ от марксизма вообще. Что и проделал Зюганов.

В остальном мире, социализм обрел национальное лицо еще раньше. Начиная с 60-х годов, марксизм уступает место различным версиям национал-коммунизма. В 70-80-х годах главное обвинение китайской компартии со стороны правоверных марксистов из Кремля было как раз в «национал-коммунизме». Время поставило точку в этом споре.

Каждый народ понимает социализм по-своему. Общим для всех является стремление к равенству. Но что есть равенство? Социализм не отрицает собственности и индивидуальной инициативы. Его цель – гарантировать равный доступ к собственности. Не уравниловка, а равные возможности проявить способности, в не зависимости от стартового положения (происхождения, денег и т.д.). Равенство в социализме – это не конечный результат, а стартовое условие развития. Результат же обязан быть разным - «Каждому по способностям, каждому по труду».

В современном мире, и в частности в экономике, важнее не владеть чем-либо, хотя бы и средствами производства, а управлять ими. Важно не владеть, а участвовать. Буржуазная революция перерастает в социалистическую потому, что провозгласив свободу, она не дает массам возможности ею воспользоваться. Социализм – это реакция масс не на сами реформы, а на их (масс) исключение из этого процесса. Если кто-то и создает сегодня революционную ситуацию, то это либералы со своими корявыми реформами, а не упитанные секретари райкомов, салонные «большевики», оккупировавшие своими тушками половину Верховной Рады.

Социализм становится настоящей силой только тогда, когда начинают рушиться демократия и национальная идея. Но его истинная цель не «толкнуть падающего». Наоборот, народные массы, таким образом, подставляют плечо ослабевшей демократии. Социализм призван запустить механизм демократии.
Социализм, оторванный от своего демократического содержания, как показал опыт СССР, очень быстро вырождается в обреченную догматичную систему. Но и демократия в чистом виде, вырождается в олигархию не менее быстро. Не потому ли в Европе, обладающей богатейшим опытом демократии, во всех ее проявлениях, доминирует именно социал-демократия – туземный вариант синтеза социализма с демократией.

Социализм выполняет функцию «народного контроля». Чем грубее нарушение демократии, тем беспощаднее реакция. Ослабление социализма – это ослабление инстинкта самосохранения демократии. Но страшно если социализм становится дубиной в руках невежественных людей, не знающих цену демократии. Левым, и не только им, пора вспомнить ленинский лозунг – учиться, учиться и еще раз учиться. Учиться демократии. Как бы кто не относился к перестройке, ее лозунг «Больше демократии, больше социализма», был абсолютно верен.

Но есть еще один момент: демократия, как и социализм, имеет ценность, только как инструмент в национальных руках. Демократия – продукт внутреннего потребления нации. Сегодня, это очевидно как никогда – строительство либерального глобального рынка не сопровождается построением глобальной демократии. В идеально демократических Афинах, не все население города составляли греки-демократы. Демократов обслуживала огромная армия рабов. Демократия – привилегия сильных. Это надо помнить.

К следующему разделу: Геополитика Украины
Загрузка...

0 комментариев

Ваше имя: *
Ваш e-mail: *

Подписаться на комментарии