После Томоса: политические риски для Украины


Если в течении 2019 года ПЦУ не добьется заметного присутствия в восточных областях, то проект «единая церковь» останется провальным

После Томоса: политические риски для Украины

Ажиотаж вокруг получения Томоса Вселенского патриархата постепенно стихает и начинаются будни строительства ПЦУ – соответственно, можно более спокойно рассмотреть политические последствия происходящего. Директор Агентства стратегических исследований Дмитрий Панько прокомментировал политическую составляющую происходящих процессов

В ожидании выборов


Для начала о самом очевидно. Сразу следует отметить, что ситуация вокруг ПЦУ не будет развиваться стремительно даже после официального оформления Томоса:

- Во-первых, еще не официально не сформированы руководящие органы украинской церкви, а личностный фактор, который важен в любой организации, в церковной важен вдвойне. И то, что основой новой церкви являются структуры Киевского патриархата еще ничего не означает. Немаловажно, например, какое место в ПЦУ займут два представителя выходца из Московского патриархата, т.к. это своего рода сигнал для колеблющихся в рядах российской церкви.

- Во-вторых, в получении Томоса и создании ПЦУ очень сильная политическая составляющая. Поэтому все заинтересованные стороны, как в самой церкви, так и миряне из числа политиков будут ждать исхода президентских выборов в марте-2019. Исключение, конечно же, составляет сам Петр Порошенко. Хотя тема «защиты» Московского патриархата наверняка будет эксплуатироваться экс-регионалами и наверняка добавит им баллов. То, что, следующий президент будет из числа сторонников РПЦ – это фантастика, но до выборов никто не будет лить воду на мельницу действующего главы государства, который сделал религиозную тему главной «фишкой» своей избирательной компании

Православный «Дранг нах Остен»


Ключевым с точки зрения стратегии станет успех или неуспех ПЦУ на Юго-Востоке Украины.

За многие годы украинцы привыкли к разделению православия и этот факт не был влиятельным в политике и общественной жизни, а теперь он выходит на качественно новый уровень. Если в юго-восточных регионах не произойдет более-менее заметного перехода приходов Московского патриархата в ПЦУ, то геополитический раскол запада и востока страны станет заметнее, регионы станут еще более обособленными друг от друга.

Получится, что, например, Харьковская или Одесская области ближе по религиозному фактору к ОРДЛО, чем к самой Украине. Надо повториться – ранее фактор православного раскола играл третьестепенную роль в Украине. Теперь же плохо не то, что в стране несколько православных церквей и раскол, а то, что теперь он на качественно новом уровне и став элементом ПР-компании Порошенко чрезвычайно эмоционально и информационно раздут.

Если в течении 2019 года ПЦУ не добьется заметного присутствия в восточных областях, то проект «единая церковь» останется провальным.

Греческая угроза


Многое зависит и от поведения представителей Фанара. Вряд ли представители Константинополя прописав в Томосе ставропиогию и уровень ПЦУ как митрополии, а не патриархата и получив в прямое управление ряд храмов и монастырей начнет сразу же «наглеть» на территории Украины. Однако, аппетит приходит во время еды. И многое будет зависеть от благоразумия и тактичности представителей Вселенского патриархата.

Нетактичное и просто напористое поведение церковников Константинопольского патриархата может спровоцировать роковые для ПЦУ конфликты. Конечно, нет смысла проводить прямые параллели и разбирать «как было на самом деле» в отдельном православном регионе, тем не менее, Орест Субтельный так описывал причину, ставшую детонатором и подорвавшую позиции ортодоксального православия в западной части Украины:

«В 1590 г. православный епископ Львова Гедеон Балабан, доведенный до бешенства непрекращающимися стычками с братством, а более всего – бестактным, по его мнению, вмешательством в эти «домашние дрязги» Константинопольского патриарха, поставил вопрос об унии с Римом на тайном съезде православных епископов в Белзе».

Ну и нельзя игнорировать позицию патриарха Филарета, который, по сути, не допустил получения томоса от Фанара еще в 2004-2005, обосновавш свою позицию словами:

«Скажите, разве нам такое признание нужно? Если бы мы хотели оставаться рабами, то мы бы были рабами и Москвы. А нам одно рабство предлагали заменить другим рабством. Нам рабство не нужно. Мы хотим иметь свою церковь. И поэтому это предложение Константинополя мы отвергли»

По большому счету, почетный Патриарх ПЦУ Филарет и является главным препятствием, способным сдержать амбиции церковников из Стамбула и не допустить превращения украинской церкви в «карманную» для Вселенского патриархата.

После смерти предстоятеля УПЦ МП Владимира (Сабодана) и Любомира Гузара (УГКЦ) – Филарет единственная «глыба» в украинском христианстве. При всем уважении к представителю РПЦ в Украине Онуфрию его никак нельзя назвать сколько-нибудь влиятельной фигурой. Никто в религиозном мире не может приблизиться к главе Киевского патриархата по степени влиятельности не только в церковной сфере, но и в общественном мнении Украины. И не важно со знаком «плюс» или «минус» его кто-либо воспринимает.

В общем-то, тот факт, что ПЦУ базируется на основе Киевского патриархата и влияние Филарета весьма сильное, дает сегодня шанс, что структура украинской церкви устоится как независимая. На какое-то время…

Московский патриархат на «качелях» с шансом на победу


В достаточно интересном положении оказался и Московский патриархат. По понятным причинам, российская церковь в Украине последние годы старалась лишний раз не «светиться». Что, впрочем, не мешало ей попадать в скандальные хроники СМИ – например, отказ священников из МП отпевать солдата, погибшего в АТО в Житомирской или ребенка, крещенного в УПЦ КП в Запорожской области.

Не отрицая, что РПЦ в Украине является орудием влияния Москвы – та же Почаевская лавра является рассадником даже не «русского мира», а чуть ли не какого-то черносотенства (в котором открыто распространялась откровенно анти-украинская литература, что не секрет). Но все же Московский патриархат был слабым политическим инструментом, влияя разве что на небольшое количество старушек при храмах.

А теперь даже в подчеркнуто пассивном состоянии она стала более заметнем фактором украинской политики. Своего рода маркером для многих событий и действующих лиц украинской политики. И теоретически она даже может выйти из ситуации даже победителем. Но это зависит не от самого Московского патриархата, а от успеха или неуспеха ПЦУ на левом берегу Днепра. А также от авантюрности Кремля, который может не удержаться и попробовать использовать МП в политических целях.

Учитывая знаменитую способность украинской власти и политиков любую, казалось бы, 100%-ю «перемогу» превращать в «зраду», вариант моральной победы и укрепления позиций Московского патриархата исключать нельзя.

Однако, в целом, сегодня влияние СМИ на общество гораздо сильнее чем у церкви. Как прихожане, так и сами священники, настоятели приходов вряд ли захотят быть частью агрессивной российской церкви, которая к тому же уходит в самоизоляцию от мирового Православия – а последнее особенно важно как раз очень для священников. И аргумент что МП – единственная каноничная церковь в Украине уже утерян.

0 комментариев

Ваше имя: *
Ваш e-mail: *

Подписаться на комментарии