Перспективы христианско-демократического движения в России (ч. 3)


Международное христианско-демократическое движение. Теория и практика

К предыдущей главе: Перспективы христианско-демократического движения в России (часть 2)

Практически все социологические данные говорят о том, что русская нация неуклонно превращается в «нацию без детей» и, следовательно, в нацию без будущего. Ныне «умирающая страна» (используя терминологию З. Бжезинского) действительно может скоро стать умершей. В результате этого на территории современной России может образоваться ряд новых независимых государств — нищих, просящих милостыню и готовых продаться за «тридцать сребреников» кому угодно, но имеющих громадный арсенал оружия, в том числе ядерного. Однако подавляющее большинство современных российских политиков не осознаютили не хотят осознавать (что еще хуже) эту опасность.

«Депопуляция» сегодня носит всероссийский характер, в особенности типична для Сибири и Дальнего Востока. Она обусловлена кардинальными изменениями параметров воспроизводства населения — уровнем рождаемости и смертности, что привело к устойчиво отрицательным значениям естественного прироста. Более того, она является общенациональным процессом, охватившим не только государствообразующий — русский — этнос, но и подавляющее большинство других национальностей и народностей, за исключением тувинцев и некоторых других народов.

Правда, диспропорция между русским и нерусскими народами складывается в пользу последних. Очевидно, что «депопуляция» будет иметь долговременный характер вне зависимости от смягчения или даже полного прекращения воздействия на демографические процессы конъюнктурных факторов (политических, экономических и т.п.). Сложившиеся к настоящему времени параметры населения (возрастная структура) и его воспроизводства таковы, что население России будет и дальше продолжать сокращаться и стареть. На этот процесс оказывает существенное влияние, с одной стороны, очень низкий по меркам развитых стран уровень рождаемости, а с другой — катастрофически высокий уровень смертности, аналоги которого можно найти лишь в слаборазвитых странах (хотя в отличие от них, у нас динамика смертности обусловлена не медицинскими и гуманитарными проблемами, а динамикой общественной нравственности). Более того, по мнению социолога И.А.Гундарова, динамика преступности примерно на 0,5—1,0% год опережает динамику смертности. Так, например, динамику смертности на 73% он объясняет возросшей агрессивностью в обществе (убийства, по количеству которых Россия занимает одно из ведущих мест в мире) и на 11% — безысходностью и потерей смысла жизни (самоубийства). Именно в этом проявляется двойственность положения современной России, в которой причудливо переплелись великодержавность, нравственная деградация и экономическая отсталость.

Главной причиной «депопуляции» является отказ нашего народа от традиционных православных семейных ценностей [1], некогда свойственных ему. Православная традиция в значительной степени была разрушена за годы советской власти, а на ее месте сфорировалась иная, светская традиция. Дело в том, что православная система ценностей в корне отлична от светской, исходит из априорного знания и соответствующей морали, носит вневременной характер, утверждает и обосновывает приоритет духовного, внутреннего над материальным, внешне-атрибутивным. Мы делаем акцент на данном обстоятельстве, поскольку более столетия назад как либералы, так и марксисты необоснованно отождествляли идеал православной российской семьи с идеалом патриархальной, «домостроевской», крестьянской семьи, которая в дооктябрьской России была преобладающей формой семьи, в меньшей степени подверженной влиянию светской культуры, секулярным веяниям времени, и потому сохранившей свою первозданность дольше других форм. В традиционной семье рождение детей после заключения брака является вполне закономерным делом.

Несмотря на то, что в последнее десятилетие росло число венчающихся в православной и других церквах, однако это отражает только лишь внешнюю, поверхностную сторону процесса распространения православных семейных ценностей. Пока неясно, насколько глубок этот процесс и в какой мере эти ценности регулируют жизнь современной российской семьи, многие воспринимают венчание как дань моде, и потому оно не удерживает их от развода. Рост числа абортов и разводов по-прежнему продолжается и потому трудно сказать, как скоро православные, да и вообще традиционные семейные ценности реально смогут остановить процесс «депопуляции». Поэтому мы полагаем, что преодолеть «депопуляцию» возможно только через духовное преображение народа, утверждение духовно-нравственных ценностей в каждой семье, воспитание личности, хотя, разумеется, не отрицаем важность решения проблемы материальных условий жизни людей и выхода России из экономического кризиса. Материальное должно быть дополнением духовного, а не наоборот.

Справиться с депопуляцией необходимо также потому, чтобы в будущем обеспечить успешное решение социальных проблем. Ведь, по некоторым прогнозам, уже в 2015 г. на одного работающего будет приходиться один нетрудоспособный. Очевидно, что в такой ситуации существование в нашей стране социального государства вряд ли будет возможным.

Создание сильного государства. Хотя в последние годы предпринимаются попытки по созданию сильного государства, пока желаемого результата они не принесли, свидетельством чего является расцвет коррупции, воровства, преступности, ползучее ограничение даже тех немногих демократических свобод, которые были завоеваны нашим народом во второй половине 80-х—90-е гг. Как известно, резкое снижение уровня нравственности в нашем обществе, чрезмерно раздутый чиновничье-бюрократический аппарат и сращивание бизнеса с властью являются питательной средой для многих преступных деяний. Поистине горестное карамзинское «Воруют-с!», как справедливо подчеркнул В.Я. Пащенко, бессильно отразить размах этих процессов в России. «Крупные преступные организации мафиозного типа контролируют сферы экономики, промышленного производства, бытового обслуживания, торговли, конкретные территории и регионы. Суть реформирования общества и экономики свелась к борьбе мафиозных кланов (“семей”) за власть и собственность» [2]. Ведущую роль в этом процессе играет новый социальный слой, получивший название «новые русские». Если сравнить «новых русских» с «новыми китайцами», также стремящимися получить сверхприбыль, то это сравнение будет, что называется, не в нашу пользу: главная цель у первых — личное обогащение, роскошная жизнь, отсутствие понятия общего блага и патриотических чувств, а у вторых — упорный труд, скромный образ жизни (по меркам «новых русских»), благо народа и патриотизм. О бизнесе «новых русских» весьма красноречиво написал М. Ходорковский: «Бизнес всегда космополитичен — деньги не имеют отечества. Он располагается там, где выгодно, нанимает того, кого выгодно, инвестирует ресурсы туда и только туда, где прибыль максимальна. И для многих (хотя, бесспорно, отнюдь не для всех) наших предпринимателей, сделавших состояния в 90—е гг., Россия — не родная страна, а всего лишь территория свободной охоты. Их основные интересы и жизненные стратегии связаны с Западом» [3].

Вместе с ростом противоправных деяний в нашей стране шла также дискредитация демократии. Отвечая на вопрос: «Куда подевалась российская демократия?», О. Мороз пишет так: «В самом деле, куда это она подевалась, российская демократия? Исчезновение произошло довольно стремительно по историческим меркам — за какие-нибудь 5—6 лет. 1987—1991 гг. были временем самого яркого проявления этой демократии. Полумиллионные демонстрации, митинги в поддержку перестройки, Горбачева, после — Ельцина... В рядах демонстрантов шла в основном интеллигенция, стосковавшаяся по свободе, по-настоящему упивавшаяся ею. Затем началось угасание демократической волны. Особенно резкий спад произошел после начала экономических реформ 1992 г. Как раз интеллигенция обнищала быстрее всех. А когда тебе нечего есть, нечем кормить детей, тут уж не до демократических идеалов» [4].

Как только лидеры демократического движения сделали целью своей борьбы защиту интересов меньшинства (предпринимателей), а не большинства (трудящихся), они тем самым обрекли это движение на перерождение и распад. «Это началось, — пишет А. Бутенко, — в конце 80-х гг., когда лидеры этого движения, покидая народ, переходили на сторону меньшинства — нарождавшейся буржуазии. Это не все сразу заметили! Чему способствовало, с одной стороны, бескультурье масс, оказавшихся неспособными уловить измену, предательство своих лидеров, их переход на враждебные позиции, а с другой стороны, хитрость и корысть самих лидеров, старавшихся сохранить и упрочить свое влияние, свой вес пусть даже под чужим знаменем!» [5].

Бюрократии и сформировавшейся буржуазии демократия нужна только для прикрытия классовой сущности государства, в котором правят кланы и олигархические группировки. Поэтому не случайно сегодня высшими ценностями в системе государственной службы являются не честность, компетентность и профессионализм, а связи, знакомства, личная преданность, круговая порука. Все это вместе взятое воистину разъедает государство, как ржа железо. Кроме того, коррупция и взяточничество наносят серьезный удар по мелким и средним собственникам и беднейшим слоям населения. Оттого-то в стране процветают убийства, бандитизм, преступность на финансовой и экономической почве. Государство должно незамедлительно взяться за наведение порядка, и начать следует с самого себя, с созидания государственно-правового порядка.

К следующей главе: Перспективы христианско-демократического движения в России (часть 4)

Примечания:

1. В данном случае слово «православный» тождественно слову «христианский».

2. Свадьбина Т.В. Семья и российское общество в поиске обновления. С. 140.

3. Ходорковский М. Кризис либерализма в России // Ведомости. 2004, 29 марта.

4. Мороз О. Куда подевалась российская демократия? // Литературная газета. 1998, 28 января

5. Бутенко А. Наука, политика и власть. Воспоминания и раздумья. М., 2000. С. 289

0 комментариев

Ваше имя: *
Ваш e-mail: *

Подписаться на комментарии