В экономических обзорах и бизнес-аналитике редко встретить анализ такого рынка как психологические и психотерапевтические услуги. При том, что количество украинцев, нуждающихся в такой помощи, идет уже на миллионы – только количество бойцов АТО и их близких родственников идет на сотни тысяч. А разом с миллионами беженцев – цифры принимают катастрофический размер. Не говоря о такой «мелочи», что кризисное снижение доходов и уровня жизни ударило и по соотечественникам не пострадавшим от войны на прямую – разрушенные от неурядиц семьи, депрессия от потери работы…



При этом, в Украине рынок услуг психотерапии за 25 лет так и не сложился в нечто целое. Невозможно даже определить его точный объем – ни по количеству обращений пациентов, ни в финансовом эквиваленте. Собственно из цифр можно разве что среднюю стоимость приема у специалиста – в среднем в 2015 она составляла 10-15 долларов в час. У особо именитых психологов с именем и наработанной клиентурой может быть и от 30 евро. В 2016 ситуация не изменилась. Но, собственно это почти и все данные в конкретных цифрах.

Во всем остальном на рынке царит хаос, так его игроки не горят стремлением объединиться, при том что формально в Украине действуют около 60 объединений и ассоциаций психологов. Способствуют этому Минздрав и депутаты ВР до сих пор не сложившие четкую нормативно-правовую основу для регуляции этой сферы.

Следует отметить, что в Украине, которая активно декларирует переход на стандарты ЕС всего около 70 специалистов сертифицированных «European Association for Psychotherapy», объединяющей 28 национальных и 17 общеевропейских ассоциаций. Так один из них - психотерапевт Александр Поповский (работающий в Киеве) отмечает, что украинцы еще не привыкли решать проблемы с помощью психологии, зачастую выбирая алкоголь.

Впрочем, сложно обвинять наших соотечественников в том, что в Украине нет культуры психотерапевтической помощи. Как и в том, что в стране нет четкого стандарта в этой сфере. В Украине только недавно был внедрен психологический тест ММPI II, давно используемый на Западе. И то, у нас стал приживаться только с момента формирования новой полиции, придя из Грузии. Сегодня же у нас нет даже четкого разделения между новой специальностью «чистого врача-психолога» и клинического психолога, т.е. с базовой специализацией в психиатрии. А это вовсе не одно и тоже.

Возможно, для украинской психотерапии такая трагедия как АТО, покалечившая не только души, но и тела тысяч сограждан, станет тем случаем, когда «беда помогла» и толчком для формирования ее в новом качестве. Уже существует 12 общенациональных центров психологической помощи для ветеранов антитеррористической операции, в которых перенимается американский и израильский опыт помощи солдатам. Через ни «проходят» не только сами военнослужащие, но сами психологи, получающие серьезную практику. Так же, в Украине помощь оказывается и беженцам с Донбасса, но это чаще частные волонтерские инициативы.