1986, часть 2-я


Заметки Антигероя

К предыдущей главе: 1986, часть 1-я

Человеческое месиво у прилавка гастронома № 6… Пиво завезли! В истосковавшихся по хмельному напитку киевлян, стенобитным тараном врезается, известный в спортивных и околокриминальных кругах, боксер супертяж, решивший взбодриться дюжиной «Жигулевского».

На заре спортивной карьеры на его бои ходили как на корриду, но истинную народную любовь снискала его необыкновенная внешность и философский склад ума. Окажись он в Голливуде, ему наверняка был бы обеспечен пожизненный контракт на съемки в гангстерских сагах.

Обуянным праведным похмельным гневом очередникам, он с библейской кротостью выдвигает свою, размером с утюг для глажки кожи, знаменитую челюсть и предлагает себя ударить. На такое предложение, гастрономные буяны распадаются на аминокислоты.
Угомониться не желает лишь раздухарившийся седогривый ветеран, под аккомпанемент бряцающих медалей вопящий о личном и геройском танковом вояже, завершившимся у стен Рейхстага и наглых подонках попирающих святое понятие ОЧЕРЕДЬ.

– Эх дядя, поменьше бы катался, залились бы сейчас «баварским» без всякой очереди!

Взрыв хохота снимает озлобленность и напряженность в этой унизительной пивной толчее. Все ощущают взаимную приятность, чего не скажешь о фронтовике правдолюбце.

В общем, при желании, а главное при наличии средств, утолить жажду для киевлян труда не составляет.

Альтернатива сокращаемому отечественному производству горячительных напитков некая, подкрашенная жженым сахаром, субстанция, разлитая по фигурным бутылкам, импортируемая румынскими челноками и гордо называемая CONIAC.

Пишешь эти строки и чувствуешь как начинает екать печень. Помнит, помнит, родимая! Да и как забыть, если эти латинянские наименования буквально выгравированы на ней. «Дробета», «Овиди», «Напока» и пафосный хрустальный бутыль в виде стилизованной женской фигуры с поднятыми руками. В простонародье её называют «бабой», а спекулянты барбаты, «Мадонной». Изредка они предлагают доказательство альянса диктаторских режимов Чаушеску-Ходжу – оплетенный соломой албанский бренди «Скандербек». Но это уже эксклюзив.

Средину восьмидесятых можно смело назвать эрой БЭМа [45] Это был спиртосодержащий пищевой концентрат для улучшения вкусовых качеств лимонада. Поставку этого нектара обеспечивали крадуны завода «Росинка», где разливали остродефицитную «Фанту» и «Пепси». Кто сейчас поверит, что загрузив багажник легковушки этими прозападными напитками и перепродав их в Черкассах или Виннице, наживалось рублей триста чистой прибыли.

Темно-коричневый «ореховый», с легким аптечным букетом, БЭМ имел крепость около сорока, глотался легко и считался напитком элитарным.

Хищения, в особо крупных размерах, были организованы Мишей Шершнем, технологом завода, дымившего неизменной «беломориной». Это пролетарско-жиганское курево он потреблял вплоть до американской эмиграции. В Чикаго пачка «Беломора» стоила целых 8 долларов, папиросный дымок полицейские расценивали как новую разновидность «крэга» и Шершень перешел на крепкое «Marllboro».
Пожелай народ увековечить память борцам с антиалкогольным беспределом и воздвигнуть по подписке монумент, лучшим вариантом будет отлитая из бронзы фигура чубатого человечка с папиросой в зубах, руками в карманах и трехлитровой банкой у ног.

Именно в этой таре, за 36 рублей, БЭМ выдавался в любое время дня и ночи на конспиративных Мишиных базах. Правда, посвященным было не лишне запастись саперной лопаткой, поскольку черный продукт утренней переработки отдирался от унитаза только с её помощью. Прошу прощения за излишний реализм.

В итоге Шершневых манипуляций, ореховая газировка в магазинах окончательно утратила кремовый окрас и приобрела нарзанную прозрачность. Но кого это волновало?

В начале девяностых, сухой закон вспоминается как страшный сон, а госмонополия на производство алкоголя окончательно похоронена. Первые выкидыши дикого капитализма – замызганные ларьки, выставляют невообразимое разнообразие фальсифицированного пойла.

Мрачные бутыли «Распутина», липкого «Кеглевича», контрафактной «Смирновки» и фальсифицированного мадьярского «Абсолюта», загадочных «Быкоффа», «Дракулы» и «Чингиз-Хана». Что бы перечислить бренды тех лет, нужно создать энциклопедию.

Незалежна Украина в создании «левака» осваивает сопредельные венгерские и словацкие спирты, а «старший брат» традиционно потребляет продукцию теневой экономики Северо-Кавказского региона.

Читать дальше: 1992–1999

Примечания:

45. Не путать с БАМом, очередной коммунистической стройкой века, ныне поросшей дальневосточным папоротником.

0 комментариев

Ваше имя: *
Ваш e-mail: *

Подписаться на комментарии